Содержание

[219]
Двадцать третий день
17 октября 1913 г.

Продолжается судебно-медицинская экспертиза.

Косоротов: Мне придется теперь остановиться на главном вопросе: откуда происходят разноречия между экспертами... Прежде всего он [Павлов] отметил, что они хирурги, а мы – судебные врачи, и что они имеют дело с живыми организмами, а мы, судебные врачи, оперируем, главным образом, с вскрытием трупов. Это совершенно не верно. По-видимому, проф. Павлов не имеет никакого понятия о деятельности судебных врачей. Спросите любого судебного врача, сколько он вскрывает в год трупов? Он ответит, что 10–20. А сколько он освидетельствует повреждений в год? 200–300. Таким образом, практика судебного врача проходит именно в освидетельствовании повреждений, и притом таких повреждений, с которыми хирургу не приходится встречаться, например, истязания...

В настоящее время я состою членом Медицинского Совета, как вам известно, высшего медицинского учреждения России, куда поступают дела со всей Российской Империи... Наша практика проходит среди живых людей. Таким образом, в этом нельзя искать причину нашего разногласия.

Далее, по первому вопросу о прижизненности и посмертности повреждений проф. Павлов заявил, что установить момент смерти вообще невозможно, невозможно сказать, когда человек умер, что вообще момента смерти не существует. Но судебная медицина по этому вопросу обладает очень серьезными познаниями. В медицине точно установлен, совершенно определенно, момент смерти. Физиологи, а равно и судебные врачи знают хорошо, что значит выражение "умер". В докторских диссертациях мы встречаемся, например, при экспериментах над собаками, с такими выражениями: «смерть наступила в 3 ч. 22 мин. 41 сек.»... Так что момент смерти твердо установлен в науке. Поэтому я совершенно не понимаю, почему проф. Павлов сказал, что нельзя установить момента смерти. Вот в этом-то и заключается разногласие между нами. Я и Туфанов высказались по этому вопросу совершенно определенно...

Я не знаю, почему проф. Павлов начал с того, что повреждение головы он не признает безусловно смертельным. Я и мой товарищ этого не утверждали, мы считаем также, что безусловно смертельным является повреждение сердца. Проф. Павлов с этим не согласился. Он нам говорил, что даже с пулей в сердце человек может жить... Ясное дело, что проф. Павлов просто не знает вопроса. Если бы он знал врачебный устав, он должен был бы сказать, что это повреждение безусловно смертельное и в хирургическом смысле, и между нами не было бы разногласия...

[221] Теперь по вопросу о том, можно ли считать потерю крови причиною смерти Ющинского, мы указываем на то, что на трупе не было трупных пятен... Отсутствие трупных пятен указывает, несомненно, на очень большие потери крови... Особое внимание обращают на состояние почек, а в данном случае почки были чрезвычайно малокровны... Относительно задушения, о котором так распространялся проф. Павлов, я должен сказать, что он разумеется хирург и самое слово хирург показывает, что трупным делом он не занимается и все его доказательства указывают только на то, что он не специалист; меня здесь, как судебного врача, удивляет не то, что хирург не имеет некоторых познаний в судебной медицине, а то, что хирург смело рассуждает о той области, которая его не касается.

Что касается содержания крови в сердце... А сколько же в сердце осталось крови? В очень незначительном количестве, в количестве нескольких маленьких сгустков. Следовательно, несомненно, что сердце было обезкровлено... Таким образом, на основании отсутствия трупных пятен, бледности внутренних органов, обезкровленности сердца, я утверждаю, равным образом, как и проф. Оболонский, так и д-р Туфанов, что, несомненно, здесь были большие потери крови, кровь была потеряна наполовину или может быть больше...

[222] ...Далее мы разошлись на том, имелся ли какой-то план действий? Проф. Павлов никакого плана тут не находит... Теперь относительно плана действий этих предполагаемых убийц. Тут есть такие повреждения, которые носят строго определенный характер и не похожи одно на другое: одни нанесены при полной деятельности сердца и дали большое кровотечение, то есть были нанесены в первые моменты, при жизни, а другие – в мозг и в сердце – нанесены в самом конце жизни. Следовательно, убийцы сразу начали колоть, произвели кровотечение, а относительно остальных ран... можно сказать, что [они нанесены] позже или перед самой смертью. И вот оказывается что же? Что убийцы отдыхали, они нанесли удар, кровь шла. Чем они занимались в это время, неизвестно. Они отдыхали, или наблюдали, как из шеи текла кровь, – я не знаю, но только несомненно, что тут были две группы повреждений, разделенные большим промежутком бездействия. Я не думаю, чтобы это было совершенно безцельным и лишенным соображения и планомерности, вероятно это нужно было для каких-нибудь целей. Относительно последних повреждений нужно сказать, что они нанесены при сильном ослаблении сердечной деятельности, так что они не дали кровотечения и носят характер убойных, направленных к тому, чтобы добить мальчика...

Наконец, последний вопрос относительно глины. Свое мнение д-р Туфанов и я основывали на том, что на рубашке и на куртке есть кусочки глины, очень смешанные с кровью... По поводу помарок глиною рубашки и изнанки куртки я должен сказать, что совершенно нельзя предположить, чтобы мальчик, играя в марте месяце, снял куртку, оставался в белье и запачкал его глиной. Вот на основании этого я и полагаю, что глина на белье происходит из места преступления, и что это преступление совершено в месте, где имелась такая глина...

[223] Вопросы Косоротову

Прокурор: Здесь... возбуждался вопрос относительно 12 [13. – Ред.] или 14 уколов. Не можете ли по этому предмету дать объяснение...

Косоротов: ...Если мы возьмем фотографию, то можно точно подсчитать, сколько уколов. У меня получается впечатление 13 уколов, но один укол можно считать за 2... Я не знаю как проф. Оболонский считал, но он насчитал 13...

Прокурор: Значит есть такой сомнительный укол?

Косоротов: Да...

Прокурор: Затем вы слышали, что лейб-хирург Павлов говорил, что если печень вообще прокалывать, то это безболезненно?

Косоротов: Печень собственно мало чувствительна, но такой удар, прокол, через толщу кожи в печень, как всякий укол, болезнен...

[224] ...Шмаков: Вот тут вопрос о высыхании крови...

Косоротов: Она сворачивается через 3 минуты.

Шмаков: Так что она [кровь] не могла размазаться и смешаться с глиной, если человек был внесен в пещеру спустя много времени [после убийства]?

Косоротов: В пещеру труп был внесен несомненно тогда, когда кровь совершенно высохла.

Шмаков: Значит такого рода обстоятельство, что труп двое суток лежал, затем был принесен в пещеру, по этой картине, которая наблюдается, предположить нельзя?

Косоротов: То есть какого обстоятельства?

Шмаков: То есть смешения крови с глиной?

Косоротов: Совершенно невозможно.

Шмаков: Вот я и хочу ваше заключение сопоставить с фактами. Если предположить, что труп лежал трое суток...

Косоротов: В жилом помещении? Так он совсем разложился бы. И если бы он лежал в мешке, как тут говорилось, то по вынутьи он был бы в совершенно согнутом положении, а не в таком, как был найден[28]...

[225] ...Карабчевский: Будьте любезны, укажите, какие моменты вы считаете моментами [226] передышки и моментами отдыха [убийц], как вы изволили выразиться, какие же удары были нанесены сразу, а потом вдруг наступил отдых?

Косоротов: Удары, которые наносились в голову, за исключением одного удара в шею, и удар в висок принадлежат к тем ударам, которые нанесены были при почти полной деятельности сердца и сопровождались очень сильным кровотечением, а остальные удары не сопровождались никаким кровотечением... Так что, если удары наносились в течение 5 минут, то дальше могла быть передышка в 5–7–8 минут до тех пор, пока не был нанесен последний удар...

Карабчевский: Скажите, большая потеря крови признается здесь всеми гг. экспертами?

Косоротов: Да.

Зарудный: Г. эксперт, на каком основании вы заключаете, что эти 13 или 14 ударов в висок были нанесены еще при полной деятельности сердца?

Косоротов: Потому, что под ними ткани были пропитаны кровью, кровь прошла сквозь них.

[227] ...Карабчевский: ...Ранение сердца с точки зрения судебной медицины безусловно всегда смертельно, так?

Косоротов: Так.

Карабчевский: Вправе ли я из этого заключить, что ваша судебная медицина не вполне совпадает с выводами строго медицинских наук, а делает известную фикцию, необходимую для юридического применения?

Косоротов: Это не есть фикция, а это есть суждение на основании известных правил... [228] ...Г. защитник не понял меня, я совсем не говорил о преимуществах судебной медицины, я только сказал, что наша наука имеет свою специальную область, что эксперты – опытные сведущие лица: если я всегда вскрываю трупы, то разумеется я опытен в деле распознавания того, что можно видеть на трупе. А если кто не вскрывал трупов, тот не опытен в этом, и он не может здесь говорить. Вот что я хотел этим сказать...

[229] ...Грузенберг: Не говорили ли вы... что если бы убийцы имели целью специально мучения, то они избрали бы другие более чувствительные места, например, под ногтями и т.д. ...

Косоротов: Да, верно. Но как это понимать, я объясню. Я говорю так, что если было намерение убить Ющинского … они могли бы сразу ударить шилом в сердце или кулаком по голове мальчика. Разумеется, тут не имелось в виду простое убийство, а все эти уколы, хотя и не имели главной целью произвести мучения, но так как они были довольно сильны, то несомненно мучения были. Однако это не входило в главные цели, так как если бы они хотели мучить, они могли бы его щипать, выламывать суставы, одним словом, что угодно, и при этом была бы та выгода, что не было бы крови. Так что может быть кроме главной и несомненной цели – вызвать кровотечение – никакой другой цели и не было...

[238] ...Карабчевский: Мы протестуем против предъявления фотографии, потому что счет этих ран указывает на недостоверность источника этой фотографии и больше ничего.

Председатель: Г. Туфанов, вы удостоверяете, что фотография соответствует препарату?

Туфанов: Сама фотография доказывает подлинность его.

Председатель: Г. Косоротов, вы удостоверяете, что препарат на фотографии вышел точно?

Косоротов: Это точное изображение того, что имеется.

Председатель: Г. Павлов, вы удостоверяете, что фотография соответствует препарату?

Павлов: Опять-таки я говорю, что фотография совершенно соответствовать не может...

[239] ...Председатель: Проф. Кадьян, соответствует фотография препарату?

Кадьян: Да, она соответствует, хотя на препарате можно лучше разобрать...

Председатель: Вы считаете 12 уколов:

Кадьян: Я считаю 12...

Карабчевский: Я имею еще один вопрос к д-ру Туфанову. На фотографии, снятой вами, вы считаете 13?

Туфанов: Да... Можно считать ясно по фотографии, что 13 и 14 сомнительный.

Замысловский: Но не 12?

Туфанов: Нет...

[Опущено возражение Павлова, допрос Кадьяна. – Ред.]

[245] ...Мнение проф. Оболонского

...1. Причиною смерти А. Ющинского следует признать острое малокровие от полученных им повреждений с присоединением явлений асфиксии воспрепятствования свободного доступа воздуха к воздухоносным путям.

2. Из обнаруженных на теле покойного повреждений значительное кровотечение происходило из шейных ран с правой стороны, левой височной раны и теменной раны, проникавшей в продольную пазуху твердой мозговой оболочки.

3. Воспрепятствование доступа воздуха к воздухоносным путям было произведено путем надавливания на рот, следы которого остались в виде кровоподтечных ссадин на внутренней поверхности губ.

4. К произведенным ранениям, причиненным во время полной деятельности сердца, следует отнести шейные раны с правой стороны и раны на голове, все же остальные раны, как то: на груди в области сердца, а также на правом боку и пояснице, были нанесены уже при значительно ослабленной сердечной деятельности.

5. Орудием, которым причинены ранения, как на голове, так и на теле, был колющий предмет, каковым могла быть так называемая швайка, вроде стилета, сплющенно четырехугольной формы... с долотообразно отшлифованным с двух сторон концом, за исключением правого виска, где раны могли быть причинены кончиком, той же швайки или же трезубцем, наподобие вилки... Что орудием для нанесения ран могла быть так называемая швайка, видно не только из формы клинка, но можно судить и по отпечатку от рукоятки вокруг одной раны на груди...

8. Что касается количества лиц, участвовавших в убийстве Ющинского, то, судя по сложности манипуляций, производившихся над жертвою преступления, надо полагать, что было, вероятно, их не менее двух.

[246] 9. Потеря крови была настолько значительна, что получилось почти полное обезкровливание тела.

10. Судя по направлению... кровяных потеков на рубахе, следует полагать, что покойный во время нанесения ему ран находился в вертикальном, склоненном несколько влево, положении.

11. Принимая во внимание характер орудия преступления, множественность ранений... нанесение ранений в различных направлениях, надо думать, что мы имеем здесь дело не с простым лишением жизни, а с целью причинить при этом возможно сильные мучения... Прозектор Туфанов. Профессор Оболонский...

[248] ...Психиатрическая экспертиза

Председатель: Затем суд переходит к психиатрической экспертизе и предполагает поставить следующие вопросы:

1. Не заключают ли данные вскрытия трупа Ющинского и судебно-медицинской экспертизы каких-либо обстоятельств, указывающих на цели и намерение, которыми руководствовались убийцы Ющинского.

2. Не могло ли быть совершено убийство Ющинского душевно больным.

3. Не имеется ли по данным вскрытия и судебно-меди­цинской экспертизы указаний на принадлежность убийцы к той или иной профессии.

4. Свидетельствует ли характер повреждений, число их и расположение на трупе Ющинского о планомерности действия убийц.

5. Представляется ли основание по характеру повреждений, причиненному Ющинскому, судить о национальности убийц...

Замысловский: В последнем вопросе говорится о национальности убийцы. А мы просим, чтобы был включен вопрос о том, что убийцы руководились побуждениями религиозного изуверства... Если по ходатайству защиты [Бейлиса] поставлен вопрос о национальности убийцы, то я думаю, что можно поставить вопрос о побуждениях религиозного изуверства[29]...

Шмаков: Ходатайство защиты о постановке вопроса, касающегося национальности убийцы, есть, иначе говоря, вопрос расовый, а гений расы отражается, главным образом, в ее религии. Следовательно, проблема национальности или расы есть в сущности религиозная проблема.

Председатель: Суд удаляется для обсуждения возбужденных вопросов.

После совещания председатель заявляет, что кроме пяти перечисленных, будут поставлены вопросы:

6. Допустимо ли, что убийство... было совершено на почве полового извращения?

7. Нанесены ли поранения Ющинскому сведущим, и чуждым волнению во время причинения таковых, лицом?

8. Могло ли быть совершено убийство Ющинского из побуждений религиозного изуверства?

Затем три эксперта-психиатра – академик Бехтерев, петербургский проф. Карпинский и проф. Сикорский – удаляются на совещание в особую комнату...

Вопрос о смерти Жени Чеберяк[ова]

...[249] ...Прокурор: ...Представляется ли возможным дизентерийными палочками заразить какой-нибудь продукт, например, пирожное?

Косоротов: Можно...

Шмаков: Правда ли, что яды органические открываются с большим трудом, чем яды неорганические?

Косоротов: Несомненно, яды органические очень часто не открываются, потому что они разрушаются[30]...

[252] ...Религиозная экспертиза

Председатель: Суд просит стороны обдумать материал по духовной экспертизе, чтобы не задерживать судебное следствие...

В заключение председатель оглашает список следующих дел, затребованных из различных учреждений:

1) Дело департамента общих дел Министерства внутренних дел за № 2949, от 1853 г. об убийстве в г. Саратове двух христианских мальчиков[31];

2) дело департамента духовных дел инославных исповеданий за № 12, от 1856 г. об учреждении в Петербурге особой комиссии для разборки еврейских книг и манускриптов;

3) дело Государств. Совета за № 49 от 1860 г. об убийстве в г. Саратове двух христианских мальчиков;

4) дело еврейского комитета № 53 от 1855 г. по вопросу об употреблении евреями христианской крови с религиозной целью и

5) дело еврейского комитета № 45 от 1853 г. о секте "хасидов"...


[28] Этим лишний раз опровергается (и без того совершенно фантастическое) показание "коронной свидетельницы" Красовского – Е. Дьяконовой – будто ночуя не то 13, не то 14 марта 1911 г. у Веры Чеберяковой, вместе со своей подругой Черняковой (что последняя также опровергла), она, лежа в кровати, нащупала ногой «холодный и упругий предмет» (см. с. 223) завернутый не то в мешок, не то в ковер (то есть труп убитого мальчика). – И.Г.

[29] Итак, вопрос о возможности определения национальности убийц по характеру нанесенных жертве повреждений был поставлен судом по настоянию защиты Бейлиса, которая, видимо, считала единственно возможным отрицательный ответ. Это представляется существенным в свете позднейших инсинуаций еврейской пропаганды, будто бы прокуратура ставила столь «провокационный» вопрос. Вопрос же о возможной профессии убийцы явно имел в виду вероятности убийства Ющинского еврейским резником, специалистом по ритуальному убою скота, хотя суд избегал таких уточнений, чтобы не «натравить народ на евреев», в чем Россию до сего дня обвиняет еврейская пропаганда. – И.Г.

[30] Киевский суд, к сожалению, не придал и этому вопросу должного значения. – И.Г.

[31] В Саратове часто исчезали дети. В декабре 1852 г. и в январе 1853 г. пропали два 10–11-летних мальчика, чьи трупы потом были найдены брошенными на Волге со следами обрезания и множеством ран. Благодаря выявлению неопровержимых улик и свидетелей убийцы были быстро найдены. Ими оказались евреи-солдаты, в течение нескольких лет наладившие "оптовую поставку" крови христианских детей приезжим еврейским посланцам из разных мест – от Кавказа до Украины. Столь безспорного и масштабного ритуального преступления в России до тех пор не раскрывали. Однако еврейству удалось добиться от властей, чтобы суд рассматривал только улики, имеющие непосредственное отношение к убийству, но не к его ритуальному характеру и к сбыту крови. По этой причине многие обнаруженные следствием вопиющие улики (в том числе установленные факты поставки крови в другие области) были исключены судом из рассмотрения. Убийцы Янкель Юшкевичер и Михель Шлиферман были осуждены за простое убийство на 20 лет каторги, Федор Юрлов – на 18 лет, еще троих, Ицку Берлинского, Эздру Зайдмана и Янкеля Бермана, было постановлено оставить в подозрении по участию в убийстве и сослать на поселение в Сибирь. (См.: Замысловский Г.Г. Умученные от жидов. Саратовское дело. Харьков. 1911). – И.Г., Ред.

Rambler's Top100